Евгений Антипов (anti_pov) wrote,
Евгений Антипов
anti_pov

Category:

ВСЕ-ТАКИ - ДЕНЬ ПОЭЗИИ

Размышления

УВАЖАЕМАЯ ИДА МАРТОВНА,

я, такой-то, такой-то, намерен нижеследующим уведомить Вас, что недоумение, возникшее в связи с публикацией моих литературных произведений в двух коллективных сборниках, в которых Ваше имя фигурирует в графе «редактор», имеет под собой основания.

Ввиду того, что состояние читательско-писательских отношений в настоящее время можно обозначить как кризисное, я взял себе за неукоснительное правило всячески поддерживать любую издательскую инициативу, равно как и любые проявления энтузиазма в направлении популяризации этого благородного дела – современного литературного процесса. Поэтому, с предельной натуральностью продемонстрировав, что ни минуты не сомневаюсь в необходимости моего участия в обозначенных издательских проектах, я дал свое искреннее согласие на публикацию в сборниках «Земля необъятная» и «О, спорт, ты друг!».

За время моей профессиональной деятельности на литературном поприще – то есть с момента первых публикаций в официальных советских изданиях, – число этих публикаций приблизилось к сотне, а с учетом публикаций научных трудов, за сотню перевалило. Данное обстоятельство призвано обозначить очевидность того факта, что деятельность редакторов и корректоров неожиданностью для меня не является. Не всегда обнаруживая взаимопонимание, все же полезную составляющую этой процедуры я отмечал для себя неизменно. Более того, полтора десятка лет возглавляя литературный клуб, я с регулярностью, заслуживающей самой положительной оценки, произносил страстные речи перед молодежной аудиторией как в адрес редакторов, так и в адрес их друзей корректоров.

[Читать далее]

Будучи наслышан о Вас как о редакторе высокой квалификации и безупречной репутации, на присланный макет, признаюсь, даже не взглянул. Ибо рассчитывал авторские свои экземпляры поставить на высокую полку, как это делал и прежде: с присущей мне скромностью ознакомившись с содержанием по оглавлению. Однако в этот раз, увы, все произошло иначе и, как следствие, в поле моего внимания попал весьма заметный ряд метаморфоз, коснувшихся предложенных к публикации текстов.

Отсутствие некоторых букв в привычных словах (речь о прозаическом очерке про легендарного спортсмена 70х) эмоциональных реакций у меня не вызвало – ни отрицательных, ни положительных, – поскольку знаю, что такие прецеденты неизбежны. Хотя, рассуждая последовательно, полагаю, что некое физическое воздействие на эти буквы было оказано. Однако вижу, что редактор честно пытался компенсировать возникший фонетический дефицит восклицательными знаками, за что я ему, разумеется, признателен.

Гораздо существеннее оцениваю утрату предлогов или союзов, особенно, когда это влечет за собой и безвозвратную утрату смысла: «Меня поселили в комнату с Рашидом. А это – начинающей певичке сидеть за одним столиком с Аллой Пугачевой в тусовочном клубе».

Признаюсь, я сам исповедую принцип, в соответствии с которым настоящий литератор категорически не обязан адаптировать индивидуальный стиль под самого тугоплавкого читателя, но начальный вариант «А это – как начинающей певичке (…)» смотрелся бы тоже приемлемо.

Использование профессионального сленга – обязательное (возможно, вынужденное) условие формирования литературной ткани повествования об узко-специфической сфере деятельности. Так, фигура речи «косить отрезки» в беговых дисциплинах легкой атлетики означает работу на стадионе, то есть на специальном покрытии, в специальной экипировке (специальная обувь), со строгой детерминацией расстояния и времени – и предполагает наивысшую степень нагрузок, сопряженную с целым комплексом рисков. Для тренировочной методологии это предмет постоянных и горячих дискуссий. Глагол же «косить» в общенародном сознании имеет хождение в значении «уклоняться», «сачковать», «халявить». Иначе говоря, упразднение безобидного слова «отрезки» меняет смысл фразы диаметрально. И такая жертва не совсем убедительна.

Говоря о смерти веселого человека, который воспринимался вечным, автор применяет ненавязчивый литературный прием, вносящий, на его взгляд, грустно-ироничную ноту, что, по его же мнению, должно придать аскетичному повествованию сдержанной трогательности: «Но, оказывается, ничего вечного не бывает». Преимущество редакторской версии («Но, оказывается, это не так»), надо полагать, состоит в рачительном подходе к расходу букв, бумаги и эксплуатации полиграфического инвентаря.

Перетасовка заключительных абзацев очерка согласно твердой, но неведомой логике, привела к тому, что финальная кода ушла во внутрь текста, зато возникшая композиционная лакуна была успешно заполнена некой фразой, происхождение и цель которой – как ни склонял я голову то вправо, то влево, – остались не установленными. Особое внимание при этом привлекла незнакомая идиома «спортивная память», которая, судя по контексту, имеет отношение не к физиологии (мышечная память), а к неким особенностям ментальности, либо к функциям головного мозга спортсмена в целом, о чем я, если честно, ни сном, ни духом.

Это относительно прозы.

Теперь относительно стихов.

* * *

Фотографии запыленные,
прошлый век на них, энный год.
До чего мы тут устремленные,
перспективные до чего.

Тот улыбчивый, тот растерянный
– плюс Эльбрус вдали бледно бел, –
знаменитости разной степени
в майках с кантиком, с буквой «Л».

Как могли всю ночь – мама родная –
будто фениксы пить и петь:
лица ясные, джинсы модные,
что нам стоило все успеть.

На сплошной успех обреченные
диво-девочки – взмах бровей!
Все точеные, утонченные
и не замужем, хоть убей.

Где вы, лирики, где вы, логики,
атлетический тонус тел.
Где вы, девочки длинноногие,
где ты, молодость наша, где.

Как видим, в данном стихотворении автор скуп на восклицательные знаки и даже тенденциозно не использует вопросительных. Причины такой сдержанности кроются в том, что вопросы здесь ставятся риторические, а тональность стихотворения восклицания исключает. Если правила пунктуации все-таки предписывают использовать вопросительный знак в вопросительном предложении (хотя, художественная литература безоговорочно правилам правописания не подчиняется), то уж восклицательные знаки, согласитесь, дело сугубо добровольное. Впрочем, я, в свою очередь, не могу не согласиться, что традиционное уже обилие восклицательных знаков в опубликованной версии стихотворения внесло в него мощный импульс жизнеутверждающей энергии. Равно как и привнесенные многоточия заметно усилили лирическую компоненту.

Замена вульгарно-бытового глагола «пить» на стоически-философское «жить» обусловлена, надо полагать, тем, что спортсмены в массе своей решительно не пьют, или делают это совсем неохотно, по чуть-чуть и с отвращением. С удовлетворением отмечаю, что мудрая редакторская правка наполнила новым содержанием проходную, в общем-то, строчку, и в ней заискрились новые, неожиданные смыслы: «Как могли всю ночь (…) жить и петь!». А ведь верно, жить всю ночь тоже могли. Могли, Ида Мартовна. Правда, если память не изменяет, обычно происходило все без песен. Впрочем, и такую экзотическую версию исключать нельзя.

В самом посвящении «Доцент-филологу, мастеру спорта СССР» наличествовали ажурные коннотации, но и в исправленном виде «филологу, доценту (…)» посвящение смотрится тоже убедительно, поскольку сразу появляется своевременная уважительность и надлежащая строгость.

В стихотворении «Фидиппид»* (*по преданию, так звали посланца, который, прибежав в Афины с вестью о победе при Марафоне, скоропостижно скончался, исполнив свою гражданскую миссию) финальная строфа выглядела так:

Ребра от дыханья дрожат…
Я до агоры добежал!
…Только застонал нараспев,
ничего сказать не успел.

Ваша версия тоже складная: «…Только застонал нараспев, ничего сказать не успев». Ход редакторской мысли понятен: так оно ловчее и даже, я бы сказал, задорнее. Стихотворение было написано лет тридцать назад, это достаточный срок для работы над ошибками и, соответственно, при маломальской потребности использовать причастный оборот, я бы не стал так долго терзаться сомнениями. По забавному стечению обстоятельств, именно это стихотворение десять лет назад было опубликовано в другом коллективном сборнике и, по тому же забавному стечению обстоятельств было тамошним редактором исправлено именно таким же забавным образом. Тогда я ограничился добродушным хихиканьем, после чего поставил сборник на высокую полку.

Доверительно, как литератор литератору, скажу, что случись у меня потребность блеснуть изощренным чувством поэтического юмора, именно рекомендуемой формой транскрипции я бы и воспользовался.

Суммируя свои впечатления от данной публикации, четкого мнения сформулировать не могу. В сборнике стихов о родимой земле, подготовка которого шла синхронно со спортивным сборником, интенция некоторых редакторских правок осталась для меня столь же не определенной.

Листья ветер еще в переулках не носит.
Бездомные в позах отчаянных.
Оптимистично… Еще различаемо лето.
По сути же – осень…

При всем уважении к Вашему авторитету, Ида Мартовна, с четырех заходов эту строфу – как строфу ритмизованную, – я прочесть не смог, после чего дальнейшие попытки оставил. Прибегнув же к помощи волонтеров, наблюдая их беспомощность и отчаяние, с прискорбием вынужден был констатировать абсолютную нечитабельность данного фрагмента, идентифицируемого в контексте силлабо-тоническое традиции.

Возможно, редактура этого стихотворения была поручена – в соответствии с требованием времени – гастарбайтерам, а они, стараясь всем бараком, сделали, что смогли. Эта смелая гипотеза не имеет целью бросить тень финансовых подозрений на Ваше редакторское реноме, зато объясняет и трансформацию традиционного текста в изящное хокку, и возникновение социальной тематики с сюжетом о бомжах, которая не оставит каждого неравнодушного человека равнодушным. Не буду настаивать, что нижеследующие строки гениальны или бессмертны, но ритм и рифмы в них все же соблюдены, что, на мой взгляд, тоже является определенным достоинством и даже выгодно отличает их от версии заезжих узбеков:

Листья бездомные в позах отчаянных
ветер еще в переулках не носит.
Оптимистично. Еще различаемо
лето. По сути же, осень.

Финал стихотворения выглядел, соответственно, тоже вполне традиционно: «…А месяц запутался в проводах и повис, как басовый ключ». Замена «запутался» на «закутался», бесспорно, придала стихотворению задушевности, но, к сожалению, потянула за собой усложненный образный ряд. По крайней мере, проведенный следственный эксперимент – две попытки и обе неудачные, – закутаться в проводах, вызвал у меня лишь разочарование. Возможно, провода были не достаточно мохнатые.

Относительно Диоскуров имею сообщить, что их упоминание, как правило, указует на прочный альянс, а «два Диоскура» в некотором роде тавтология («по Невскому два Диоскура ходили: дождь просто и ливневый дождь»). Если же взглянуть на эту строку с предельной филологической требовательностью, то с определенной долей категоричности можно утверждать, что Диоскуры это вообще никакие не дожди. Автор же в своей версии прибегает к этим неразлучным персонажам в метафорическом плане, что и подчеркнуто сравнительным союзом «как»: «по Невскому, как Диоскуры, ходили…»

Уважаемая Ида Мартовна, не могу не признать, что после основательной обработки тексты мои существенно изменились по ряду параметров и, бесспорно, местами обрели изюминку. Но как видите, и недоумение, возникшее в связи с этим, имеет под собой основания.

Вполне допускаю, что Вы, Ида Мартовна – глубоко творческая личность, и Вашим творческим кредо является спонтанность, интуиция, непредсказуемость, а рациональная составляющая отвергается Вами напрочь. Допускаю, что я не глубоко, не творческая, не личность, вследствие чего логические аспекты (моих произведений) для меня существенны. Тем не менее каждый раз присматриваясь к редакторским правкам, я не находил ответа на естественный, в чем-то, возможно, наивный вопрос «зачем?».

Да, я обнаружил в знакомых текстах много нового разнообразия, но и нежелательные изменения смысла, запутанные формулировки с вкраплением вербальных элементов неустановленной этимологии, не скрою, вызвали неподдельную озабоченность.

Разумеется, все это, как говорят в толерантном обществе, тоже имеет право быть. Остается, однако, прояснить, почему «все это» решило осуществить свое право именно в моих текстах.

С благодарностью и надеждой на дальнейшее сотрудничество, такой-то.

Tags: Критика
Subscribe

  • АБРЕКИ

    Оригинал взят у matveychev_oleg в Алеппо: Сирийский спецназ захватил более 130 офицеров американской коалиции в Сирии Согласно…

  • ГДЕ ЖЕ РОДИЛСЯ САХАРОВ

    или СТО ЛЕТ ЧУДАЧЕСТВА НА БУКВУ "С" Виктор Ильин, узнав однажды, что он не родной сын, а приемный, расстроился и решил убить…

  • ПЕТРОВ И БОШИРОВ В ИСТОРИЧЕСКОМ РАЗРЕЗЕ

    или НАВСТРЕЧУ САКРАЛЬНОЙ ДАТЕ Вот обвиняют Петрова-Боширова в подрыве нелегитимного склада в Чехии. Вообще-то, по уму, взорвать его следовало.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments