Евгений Антипов (anti_pov) wrote,
Евгений Антипов
anti_pov

Category:

ИЖЕ ХЕРУВИМЫ (ко дню поэзии)


               

Как известно, советская власть любила убивать поэтов. Бывало, как увидит поэта, так и убьет. Вот и Сережу Есенина убили. Сталин убил. За что? Да боялся его Сталин, завидовал и за талант ненавидел. Но уже с хрущевских времен в каждой интеллигентной квартире висел фотопортрет Есенина с курительной трубкой.

Впрочем, вопросы остались. Почему всех остальных советская власть убивала нормально, по-людски, в сырых казематах, а Есенина как-то изощренно, в гранд-отеле? Этот буржуазный шарм на столетие запутал элементарную историю, придав всему делу невероятную интригу.

...27 февраля 1918 года в Большой аудитории Политехнического музея состоялось избрание Короля поэтов. Венком «Короля» увенчан был Игорь Северянин. Вторым к финишу пришел Владимир Маяковский, третьим — Василий Каменский. Северянину был 31 год, Маяковскому 25, Каменскому 33. А награды вручал Есенин, которому 22. Все лауреаты имели в активе около десятка книг, а Маяковский к тому же основательно засветился и в кинематографе. Награждавший всех их Сережа начал профессиональную деятельность за четыре года до этого, впервые опубликовав свои стихотворения в детском журнале «Мирок». Пытался печататься в «Рязанском вестнике», но редактор отмахнулся. Конечно, летом 1916 года Есенин читал стихи девочкам из царской семьи (в то время, как Гумилев получал Георгиевские кресты на фронтах Первой мировой), но в 1918 году о девочках лучше было не упоминать.

Сергей Есенин закончил церковно-приходскую школу в Рязанской губернии, приехал в Москву, устроился в мясную лавку, а через четыре года уже венки лучшим поэтам страны раздает.

Правда, после мясной лавки Есенин в типографию устроился, поближе к литературе, зазнобу завел, женился, народил сына. Глядя на пеленки-распашонки, решил, что из Москвы надо уезжать, ибо в Москве его лиру не ценят. Поехал в Петроград, ближе к литературной среде — с твердым намерением вращаться. Стал читать стихи Блоку и Городецкому. Блок, вроде, заинтересовался, но Городецкий заинтересовался больше. Голубоглазый юноша со светлыми кудрями произвел на Городецкого неизгладимое впечатление. А был-то Городецкий педераст. И стали Есенин с Городецким жить-поживать. Городецкий ухаживал за белокурым юношей и всячески помогал ему публиковать стихи в петроградских журналах. Городецкий ввел Есенина в поэтические салоны Петрограда, в одном из которых произошло знакомство с Клюевым. Клюев так же как Городецкий был педерастом и так же как и Есенин носил косоворотку. Вот и стали Есенин с Клюевым жить-поживать.

«Мы целовались, и Сергунька опять читал стихи» — вспоминал Городецкий, всхлипывая и запрокидывая голову.

О, как Клюев ухаживал за белокурым юношей, как помогал ему продвигаться по поэтической стезе. Именно благодаря Клюеву удалось Есенину и от армии откосить, и стать наконец известным в литературной тусовке Петрограда, и быть представленным императорской семье.

С приходом Февральской буржуазной революции Есенин стал имажинистом и бросил Клюева в косоворотке. «Мой совенок, птаха моя любимая!» — запишет Клюев, рыдая.

Период правления Временного правительства Есенин отметил женитьбой на Зинаиде Райх, члене партии эсеров, известной актрисе. Известной, но бездарной. Есенин, погулявши, бывало, с Мариенгофом, бил социал-революционерку Райх. Она была всецело невинна, но он бил. А спустя годы писал угрожающе: «Вы помните, Вы все, конечно, помните». Когда власть взяли большевики, эсеры и впрямь оказались врагами революции. Есенин ушел от бездарной Райх благородно — не претендуя ни на одного из двух детей, которых родила ему Зинаида. А поскольку большевики легализовали мужеложество (единственное из социальных достижений большевиков — отмена классовых сословий и прочее состоялось до того), Есенин, расценив это как мейнстрим, сходится с Мариенгофом. И стали они жить-поживать. Все у них было общее. Потому что ничего своего у Есенина не было. Они вместе завтракали, гуляли и даже одевались одинаково, как близняшки.

И вот однажды неведомо зачем Мариенгоф тоже решил пожениться на актрисе. О, тут пришла очередь Есенина расстраиваться и негодовать: а где, на какие гроши ему теперь харчеваться? «Возлюбленный мой! дай мне руки — я по-иному не привык» пишет Есенин и в отместку сходится с членом партии РСДРП(б), сотрудником ЧК Бениславской. Бениславская бегает по редакциям, ведет переговоры, пробивает публикации. Вследствие чего у Есенина родился сын от поэтессы и переводчицы Вольпин. В связи с чем Есенин женится на Айседоре Дункан. Которая годится ему в мамы.

Наступает пора НЭПа, и теперь Есенин не просто Есенин, а Есенин-Дункан. Пару лет — Германия, Бельгия, Франция, Италия, США, — он живет за ее счет и негодует: басурмане безразличны к русской поэзии. Раненый безразличием, Есенин-Дункан бухает и бьет Дункан-Есенину по харе. Эту народную русскую забаву прогрессивная американская танцовщица воспринимает без задора. Как они умудряются скандалить, не понимая ни слова — загадка. В свою очередь мудреные танцы Дункан в пролетарской России тоже не нашли должного отклика, и Дункан, пресыщенная русской экзотикой, уезжает к себе за океан одна, оставив Есенина со всеми его причудами и ранимой душой.

Ах так? И Есенин женится на внучке Льва Толстого.

Как явствует из товарищеского письма, внучка Толстого на хрен Есенину не нужна. Она нужна для другого. Для имиджу, как выразилась бы Айседора Дункан. Впрочем, деньги Толстой тоже не лишние: Есенин ушел от нее, почистив счета. Бениславской же Есенин дарит Библию, где подчеркнуто: «И нашел я, что горче смерти женщина, потому что она — сеть, и сердце ее — силки, руки ее — оковы; добрый пред Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею. Чего еще искала душа моя, и я не нашел? мужчину одного из тысячи я нашел, а женщины между всеми ими не нашел».

Был ли Есенин педерастом по призванию, или по необходимости, теперь уж и не понять. Но только сферу половых отношений — и с теми, и с теми, — использовал он самым продуктивным образом.

После знакомства с Есениным Федор Сологуб отметил, что его крестьянская простота наигранная и фальшивая. Неподдельная в нем только жажда признания и славы.

Но талантливый человек талантлив во всем. Адаптивность Есенина к ситуациям и условиям восхищает. Надумал Есенин выпустить свою книжку в издательстве «Трудовая артель художников слова», а бумага-то на строжайшем учете. Есенин в длиннополой поддевке, причесанный по-крестьянски — в Президиум Московского Совета. Стоит, кланяется, просит Христа ради сделать божескую милость и отпустить бумаги для крестьянских поэтов. Таким маскарадным способом был проложен путь для первой книги Есенина.

При необходимости Есенин без смущения менял косоворотку на костюм, цилиндр на кепку, кепку на котелок. При смене социального заказа крестьянский окающий херувим легко превращался в отпетого хулигана. И неудивительно, что за два отчаянно-педерастических года Есенин вырос из застенчивого подростка с провинциальным узелком и стихами о тихой родине — в председательствующего на историческом турнире поэтов.

Всем, погруженным в проблематику литературного процесса, хорошо известно, что зачастую не талант выносит поэта на вершину социального успеха, а социальная адаптивность, которую тоже можно назвать талантом. Именно сочетание пробивных качеств с творческим потенциалом дает нужный эффект. Иногда художнику на алтарь амбиций приходится класть все. Вернее, художник-то надеется на свой артистизм, рассчитывает только сделать вид, мимикрировать, переиграть дьявола — а дьявол, что ж, соглашается. Иногда альянс с дьяволом заключается вполне сознательно и честно: продаю, мол, душу за успех.

У Гете история такого контракта описана подробно. Человек, поцелованный Богом, входит в альянс с конкурирующей стороной, ибо считает, что поцелуя не достаточно и, желая от жизни дополнительных бонусов, теряет главное, смысл жизни.

Внук трактирщика, Гете знал, о чем пишет: Гете вступил в масонскую ложу «Amalia aux Trois Roses» в 1770 году в Страсбурге, а в 1783 году Гете вступил в ложу «Веймар» и фактически стал главой правительства Веймарского герцогства.

Максим Горький, сугубо пролетарский писатель и член ложи Великий Восток с 1908 года, стал властителем дум и богатейшим человеком советской России. Имел даже соответствующую икону (на адописных иконах под красочным слоем находилось изображение дьявола; а еще бывали иконы и вовсе откровенные). Горький не был жадным и даже предлагал эту икону своему другу в целях карьерного роста. Испуганный друг отказался, хоть был литератором. Сегодня имя его забыто и ничего никому не говорит.

Лев Толстой, человек-тормоз, графоман, но упорный и усердный — снискал колоссальные гонорары и литературную славу, не имея элементарного чувства слова. (...Князь Андрей подошел и поцеловал отца в указанное им место... «Война и мир», том I, часть 1, глава XXII.) За свои антиклерикальные успехи был возведен в ранг величайшего писателя Вселенной. Писателя и мыслителя. Извращенец и насильник, он учил народы нравственности и очень осуждал самодержавие.

Вольный каменщик Александр Блок воспевал историческую необходимость кровавых метаморфоз и готовил для Временного правительства отчет чрезвычайной следственной комиссии по расследованию преступлений царского режима — с целью подвести юридическую базу под арест царя и его семьи. Приход к власти большевиков воспринял еще радостнее, тем более, что в юридических обоснованиях для расстрела царской семьи большевики не нуждались. Зато имя Блока было поднято советской властью на небывалую высоту...

И до чего же советская власть любила убивать поэтов. Но Есенин-то виртуозно находил общий язык с властью. С любой. Царская семья, или убийцы царской семьи — для всех Сережа был подкупающе мил. Троцкий восхищался Есениным и Есенин восхищался Троцким. Но вспоминал ли Есенин (а если вспоминал, то как) тех девочек в Царском Селе, которым посвящал некогда свои стихи? При новой власти Есенин частенько знакомился с девушками под предлогом посмотреть расстрелы (его личным другом был Яков Блюмкин). Когда Есенин не по-детски пьет, члены правительства Радек, Раковский и Дзержинский пекутся о его здоровье. И хотя за время его пребывания только в Москве на Есенина было заведено тринадцать уголовных дел, Есенин неуязвим, как масленок на тарелке. Но, утверждает дьявол, на всякую гайку найдется свой болт.

Толстой перед смертью тронулся рассудком и вселенский писатель помер как бомж, на вокзальной лавочке; Горький, прежде чем испустить пролетарский дух, пару часов изощренно и непрерывно матерился; Блок перед смертью тоже страдал рассудком, но с прояснениями: последним желанием поэта было требование уничтожить весь тираж «Двенадцати». Кончина Есенина тоже была не простой, хоть и не столь загадочной, как ее чертят-малюют.

Есенин мистически боялся двух вещей — сифилиса и милиционеров. Сифилиса — понятно, а почему милиционеров? Интуиция у парня работала. Смерть Есенина приписывают ОГПУ — что вполне логично, хоть и не связано это ни с какими политическими убеждениями. Не было у Есенина никаких убеждений.

...19 сентября 1858 года Лев Толстой записал в дневнике: «Решил, что надо любить и трудиться, и все». А 20 сентября признается: «Устал. Не любил и не трудился». Но Толстой — богатей невероятный, полмиллиона ежегодного дохода. А чем жил поэт Есенин? На какие средства его легендарные загулы? С переездом в Петроград, ясно дело, жил как содержанка. А в голодные постреволюционные времена? В ресторан эпохи НЭПа в лапотках не зайдешь.

За последние 3-4 года жизни Есенин побывал в Средней Азии, на Урале, в Ташкенте, Самарканде, Баку, Азербайджане, трижды посетил Кавказ, несколько раз съездил в Ленинград, семь раз был на Рязанщине. С какой целью? Поэтические чтения в Ташкенте-Самарканде?

Еще в 1919 году Луначарский вписал Есенина в состав творческого десанта: ездят они, значит, на поезде с транспарантами и песни под гармонь поют, стихи громкие читают, фокусы революционные показывают. И, главное, так удобно на этом поезде перевозить ситец и парчу, бусы и свистульки, сало и рыбу, муку и сахар, короче, все, на чем можно приподняться и что зацепит прагматичный крестьянский ум. Ум у Есенина был прагматичный. Но как перевозить товар без агитпоезда? Да и для товарооборота нужны финансы. А они аккумулировались у новой власти, особенно у фискальных и силовых структур. То есть, в ОГПУ. А у Есенина там друзья. Кстати, «Англетер» — это ведомственная гостиница, и абы кого в ней не селили.

Не смотря на привычку убивать поэтов, советская власть, когда наладилась литературная индустрия, платила им невероятно хорошо. Есенин получал рупь за строчку и при желании мог, как Маяковский, своей любовнице подарить автомобиль. Но у Есенина было серьезное увлечение, съедавшее все деньги — алкоголь.

Друзья-то они, друзья, но деньги дисциплину любят: социализм — это контроль и учет. А у пьющего какая ж дисциплина, какой учет? Короче, попадает Серега на бабки. Серьезно попадает. Счетчик включили. Серега в бега, по знакомым, по психушкам прячется — глаза круглые, сам бледный, ничего толком не рассказывает. Но свидетели свидетельствуют: когда он последний раз в Ленинград ехал, в поезде разыгрался конфликт как раз с двумя ОГПУшниками.

Ну, короче, стали ребята мять Серегу, а он, здоровый, падла, сам кого угодно завалит. Помяли Серегу крепко, с избытком, лицо проломили, подвесили к трубе. Обычное дело, даже банальное. Беспорядок, конечно, в номере, но пацаны протокол как надо оформили: мол, до свиданья друг мой, до свидания, все признаки суицида.

Но кого Есенин в своей косоворотке переиграть-то хотел? Обыватель пухленький, бабы истеричные за эти голубые глазки, за кудри светлые, за декламацию возвышенную готовы простить Есенину любые тяжкие, любые формы человеческой деградации. А у дьявола все по прейскуранту, все четко: чем больше услуга, тем выше плата.

Tags: Сергей Есенин причина смерти
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 670 comments